То ли дремучая невежественность, то ли беспросветная лживость, — блогер о «блокаде ОРДЛО»

блокада ОРДЛО 3 520 переглядів

«Штаб блокады торговли с оккупантами» координирует блокаду отдельных районов Луганской и Донецкой области. Как будто это они напали на Украину, а не Россия.Идейные вдохновители блокады кричат в своих ФБ-постах, что оборвав экономические связи с неконтролируемой территорией они лишат оккупантов финансирования. Как будто сотни танков, градов и зенитных комплексов донбасские шахтеры и трактористы действительно купили в военторге. За вырученные от «торговли на крови» деньги.

А еще они очень радуются тому, что Украина наконец-то откажется от дешевого донбасского антрацита и начнет активнее жечь газ и покупать дорогой импортный уголь. Как будто импортный газ и антрацит в Украину попадет не из Российской Федерации.

Я не верю в искренность организаторов блокады. Иначе чем объяснить радикальный разворот сознания главного блокадника Семена Семенченко, который еще в 2015 году написал и подал законопроект №3181 «О временно оккупированных территориях». В ст. 14 того законопроекта был четко прописан порядок вывоза грузов (товаров) с временно оккупированной территории:

1. С временно оккупированной территории разрешается вывоз исключительно товаров особой необходимости.

2. К товарам особой необходимости относятся товары, соответствующие следующему требованию: в случае прекращения поставок которых производственный цикл предприятий, расположенных на территории Украины, не является временно оккупированной, остановится не менее чем на семь дней, а предприятий топливно-энергетического комплекса и объектов государственной собственности, имеющих стратегическое значение для экономики и безопасности государства, перечень которых утверждается Кабинетом Министров Украины, — более чем на один день.

Неужели за полтора года у Семенченко произошло прозрение и он, наконец, осознал, что поставки угля для ТЭС и ТЭЦ, руды на кокса на меткомбинаты – это никакое ни «перемещение товаров особой необходимости», а обычная «торговля на крови»? Или дело в другом совсем – в 2015 году «Самопомощь» входила в правительственную коалицию и в подрыве экономики страны не было никакого смысла? Да и трагедия на Грибовецком полигоне тогда еще не случилась и «Самопомощи» не нужно было искать резонансные информ-поводы, способные затмить приключения львовского мусора по всей Украине.

Я вижу то ли дремучую невежественность, то ли беспросветную лживость организаторов блокады. Своими ушами слышал как в эфире «Свободы слова» вице-спикер ВР от «Самопомощи» Оксана Сыроид, среди страшилок, должных ввергнуть аудиторию в ужас и праведный гнев, на полном серьезе рассказывала о том, как ДТЭК Ахметова перевел западноукраинскую Бурштынскую ТЭС с местного газового угля на антрацит. И таким образом, надо полагать, усугубил энергетическую зависимость Украины от террористов. Ну и мимоходом лишил работы шахтеров Львовщины и Волыни. Ужас, конечно, только, как всегда, есть одно но – никто и никогда Бурштынскую ТЭС с газового угля на антрацит не переводил! Как работала она от царя Гороха на марке Г, так и продолжает работать.

О хоровом бреде блокадников по поводу «Роттердам+» и об «упущенных возможностях» импорта антрацита даже писать не хочется. Хотя бы по той причине, что формулы такой не существует! «Роттердам+» — обычная выдумка охочих до сенсаций журналистов и профессиональных зрадофилов от политики. И его буквальное прочтение, порождает в массах когнитивный диссонанс — как так, что цена роттердамская и с доставкой, а импортировать не можем? Почему в Украине цена угля всего 1730 грн/т, а на реальном рынке – 3000?

На самом деле, то, что называют «Роттердамом+» является ни чем иным как постановлением НКРЭКУ №289 от 03.03.2016 «О порядке формирования прогнозной оптовой цены электроэнергии». Там и зашит принцип, по которому для ТЭС определена цена покупки угля. И если перевести на язык тех, кто понимает буквально, то формула «Роттердам+» на самом деле должна звучать так: «прошлогодний API2+доставка+перевалка-дисконт на калорийность». Поэтому и получается почти в два раза меньше чем в Роттердаме, Амстердаме или Антверпене. Теперь, благодаря стараниям «энергетических экспертов» из «Самопомощи», действующую щадящую формулу, скорее всего, действительно придется корректировать под реальный импорт. Правда, заплатит эти десятки миллиардов обычный потребитель.

Я знаю цену этого театра абсурда. Государственный бюджет РФ – свыше 16 трлн рублей (почти 300 млрд дол). Бюджет Украины — 790 млрд грн (менее 30 млрд дол). Только официальный военный бюджет РФ (а ведь есть еще закрытые статьи, назначения которых не знают даже депутаты Госдумы) превышает весь украинский госбюджет почти в два раза!

Даже если допустить, что эти 2-3 млрд дол, которые потеряет от блокады Украина, симметрично недосчитается агрессор и его марионетки, то простой анализ четко показывает кому это на руку. Для РФ это убыток на 1%, для нас – 10%. Для них это пыль, а нам придется очень непросто.

Сейчас, в порыве эмоционального запала на цифры мало кто обращает внимание. Общество взбудоражено не формальными аспектами или экономической целесообразностью порядка передвижения грузов через линию разграничения. Вопрос гораздо масштабней – а морально ли такое перемещение в принципе? Запрет «торговли с оккупантами» – вот главный лозунг, рефреном сопровождающий политические перфомансы на рельсах. Ну и практически директивно следующее за этим напоминание – в 1942-м году поезда Москва-Берлин не ходили…

Действительно, не ходили. Но Киев — не Берлин. И на дворе не 42-й. А, главное, на Киев не работает вся экономика порабощенной Европы. Основная ошибка в эмоциональной конструкции рядовых блокадников – линейно переносить собственные представления о тотальной войне двух тоталитарных колоссов, на гибридное противостояние двух несоизмеримых по военно-экономическому потенциалу сторон.

Но это касательно рядовых блокадников. Зачинщики же блокады, явно никакими романтическими иллюзиями не страдают. А просто иллюстрируют постулат сэра Уинстона Черчилля о том, что «отличие государственного деятеля от политика в том, что политик ориентируется на следующие выборы, а государственный деятель – на следующие поколения».

Алексей Полтораков, Национальный институт стратегических исследований, для «Хвилі»